?

Log in

No account? Create an account
Политэкономия и марксизм - 7, 1 - Warrax's Fence [entries|archive|friends|userinfo]
Darkhon

[ website | Black Fire Pandemonium ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Политэкономия и марксизм - 7, 1 [May. 15th, 2018|04:08 am]
Darkhon
[Tags|]

продолжаю
https://sg-karamurza.livejournal.com/295190.html

7. Представление народного хозяйства Российской империи

...Странно, что Русь и Россия много почерпнули из культур Евразии, а для реформирования наше хозяйства в ХХ веке пригласили «чикагских мальчиков». Вот и удивлялись: «Мы не знаем общества, в котором живем».
С конца XIX в. разные варианты политэкономии разошлись, и ее стали называть «экономическая наука», но в России продолжали спорить в рамках политэкономии и тяготели к марксизму. С.Н. Булгаков даже писал в «Философии хозяйства»: «Практически все экономисты суть марксисты, хотя бы даже ненавидели марксизм». Как говорят, марксисты никогда не отказывались от понятия «политическая экономия». Но российские экономисты изучали западные концепции, литература была доступна.
...И были уже учебники русских экономистов – часто революционеров, как А.А. Карелин, или консерваторов, противников марксизма, как П.И. Георгиевский...
[П.И. Георгиевский писал: «В интересах истины вообще мы можем только пожелать, чтобы поскорее устранилось, особенно сильно у нас, в России, обнаруживающееся … марксистское пленение человеческой мысли и можно было сказать, что у этой теории осталось только прошлое, но нет ни настоящего, ни будущего». Так, в университете читали параллельные курсы по политэкономии «реакционер» Георгиевский и марксист Туган-Барановский].
...Сделаем короткие вводные данные о народном хозяйстве Российской империи. Сначала изложим вспомогательное представление – промышленности, там определились проблемы с капитализмом.

7.1. Промышленность

До Промышленной революции в Европе Россия по типу производства мало чем отличалась от других стран – мануфактуры, ремесленного типа с традиционными технологиями. Заводы строились в лесах около рек и озер, двигателем служило водяное колесо, топливом – древесный уголь. Как отрасль промышленность оформилась при Петре I, когда для армии и флота было построено около 100 крупных по тем временам заводов и фабрик. Часть их была казенной, но их охотно продавали или передавали частным хозяевам (тогда еще не научились бороться с коррупцией и казнокрадством). Но эти заводы, став частными, были обязаны выполнять казенные заказы по согласованным ценам. ...
...Для поддержания мобилизационного потенциала требовалась государственная экономика – не только военного характера, но и для защиты внутреннего рынка в условиях экспансии западного капитала, а также для освоения природных ресурсов.
Реально, с самого начала и до существования Российской империи развитие промышленности происходило в тесном взаимодействии с государством, и классическая английская политэкономия с ее принципом laissez faire, laissez passer была совершенно чужда доктринам российской промышленности. Слово капитализм имел в России иной смысл.
Каков был характер собственности в промышленности? Вот данные истории: «До 1861 г. все неказенные промышленные предприятия, исключая вотчинные, функционировали на посессионном праве... Условность посессионного землевладения переходила и на объекты, располагавшиеся на этой земле, поэтому условием владения и пользования имуществом становилось жесткое регламентирование хозяйственной деятельности. В результате настоящим хозяином промышленных объектов была Мануфактур-коллегия, а позже ряд других государственных ведомств. Они давали разрешение на открытие предприятий, осуществляли контроль за их деятельностью, могли использовать секвестр и конфискацию. Фактически государство рассматривало объекты промышленности как имущество казны. Путем посессионного владения государственный сектор расширял свои границы, включая в них даже объекты, не являвшиеся казенной собственностью и исключая возможность возникновения “вечной” и независимой от государства собственности. С 1861 г. впервые законодательно проводится деление промышленных заведений на казенные и частные» [133, с. 697-698].
Однако, в мае 1914 г. в «Уставе о Промышленности…» деление предприятий на казенные и частные исчезло, как и вопрос собственности в характеристике предприятия.
В конце ХIХ и начале ХХ века большую роль в промышленности играли государственные монополии. Они и в докапиталистический период преобладали в экономике [16, с. 347-352]. Историк К.Ф. Шацилло объяснял, как действовали казенные заводы: «Совершенно ясно, что в крупнейшей промышленности, на таких казенных заводах, как Обуховский, Балтийский, Адмиралтейский, Ижорский, заводах военного ведомства, горных заводах Урала капитализмом не пахло, не было абсолютно ни одного элемента, который свойствен политэкономии капитализма. Что такое цена, на заводах не знали; что такое прибыль – не знали, что такое себестоимость, амортизация и т.д. и т.п. – не знали. А что было? Был административно-командный метод» [134].
Эти представления и практика управленцев экономических ведомств царского правительства позволили Советскому правительству сразу начать проектировать хозяйственные планы, смягчая травмы преобразования.
Вообще, в отличие от западного капитализма, где представители крупной буржуазии начинали как предприниматели, российский капитализм с самого начала складывался в основном как акционерный. Крупные капиталисты современного толка происходили не из предпринимателей, а из числа управленцев — директоров акционерных обществ и банков, чиновников, поначалу не имевших больших личных капиталов. Крупные московские («старорусские») капиталисты вроде Рябушинских, Морозовых или Мамонтовых, начинали часто как распорядители денег старообрядческих общин. По своему типу мышления и те, и другие, не походили на западных буржуа-индивидуалистов.
...С начала 1890-х годов государство почти полностью взяло на себя расходы по строительству ЖД. Доля казны в финансовом обеспечении эксплуатации частных дорог составляла в 1873 г. 63,8%, в 1883 г. 90,2%, в 1893 г. 80,4%. Частные дороги выкупались в казну, и их доля снизилась с 93% в 1883 г. до 32% в 1913 г. Это позволяло эффективно управлять всей сетью и не допускать завышения тарифов. Российские ЖД были огромной системой современного промышленного типа.

https://sg-karamurza.livejournal.com/295546.html

Рост в 1900-1913 гг. тоже прерывался моментами нестабильности. Частично они были вызваны колебаниями на финансовых рынках Европы, от которых сильно зависел российский капитал, частично коррупцией и биржевыми спекуляциями и мошенничествами. Финансовые затруднения возникли в результате войны с Японией и революционных событий 1905 г., которые вызвали отток денег за рубеж. Напряженность, вызванная реформой Столыпина, вызвала сбой 1908 года.
В абсолютных показателях производства и в социальной организации промышленности Россия сильно уступала промышленно развитым странам. Отметим лишь, что в 1913 г. в промышленности России было занято 3 млн. рабочих, причем 8,8% из них были подростки и 2,8% малолетние. 60% рабочих относились к категории малоквалифицированных. Социальные условия труда были исключительно тяжелыми.
В 1913 г. Россия уступала Германии в добыче угля в 5,3 раза, выплавке стали в 3,5 раз, в машиностроении в 11,4 раза. Добыча угля находилась в большой мере под контролем иностранного капитала (синдикат «Продуголь»), который завышал цены и ограничивал добычу, что обусловило «угольный голод». При наличии больших запасов угля, Россия была вынуждена покрывать до 20% своих потребностей импортом угля (в основном из Англии). В 1908 г. 40% потребностей промышленности в топливе покрывались дровами, древесным углем и торфом.
Финансовое положение государства было крайне неустойчивым. При сумме государственных доходов России в 1906 г. 2,03 млрд. руб. государственный долг составил 7,68 млрд., причем на 3/4 это был внешний долг. Дефицит госбюджета в России составлял почти 1/4 доходов и покрывался займами.
В марте 1906 г. Председатель Совета министров С.Ю. Витте писал министру иностранных дел В.Н. Ламздорфу: «Мы находимся на волоске от денежного (а следовательно, и общего) кризиса. Перебиваемся с недели на неделю, но всему есть предел». В апреле 1906 г. правительству удалось получить у западных банкиров заем в 843 млн. руб. (за вычетом процентов было получено 677 млн. чистыми). .... Западные банкиры спасли тогда царизм от финансового краха. Но уже в начале сентября 1906 г. министр финансов В.Н. Коковцов жаловался П.А. Столыпину на нехватку 155 млн. руб. Европейские банки при таком положении продолжили экспансию в Россию, полностью ставя под контроль ее экономику.
...Вот каково было положение к 1910 г. В металлургии банки владели 88% акций, 67% из этой доли принадлежало парижскому консорциуму из трех банков, а на все банки с участием (только участием!) русского капитала приходилось 18% акций. В паровозостроении 100% акций находилось в собственности двух банковских групп — парижской и немецкой. В судостроении 96% капитала принадлежало банкам, в том числе 77% — парижским. В нефтяной промышленности 80% капитала было в собственности у групп «Ойл», «Шелл» и «Нобель». В руках этих корпораций было 60% всей добычи нефти в России и 3/4 ее торговли.
В дальнейшем захват российской промышленности и торговли иностранным капиталом не ослабевал, а усиливался. В 1912 г. у иностранцев было 70% добычи угля в Донбассе, 90% добычи всей платины, 90% акций электрических и электротехнических предприятий, все трамвайные компании и т.д.
...К началу мировой войны уже стало почти очевидно, что такой уровень присутствия иностранного капитала уже лишает Россию и политической независимости. Вот документ, который нам сегодня очень близок и понятен. Это выдержка из рапорта прокурора Харьковской судебной палаты на имя министра юстиции от 10 мая 1914 г. №3942:
«В дополнение к рапорту от 25 апреля с.г. за № 3470 имею честь донести вашему высокопревосходительству, что в настоящее время продолжается осмотр документов, отобранных в правлении и харьковском отделении общества «Продуголь», причем выясняется, между прочим, что это общество, являясь распорядительным органом синдиката каменноугольных предприятий Донецкого бассейна, находится в полном подчинении особой заграничной организации названных предприятий — парижскому комитету».
Далее в письме прокурора приводятся выдержки из документов, которые показывают, что парижский комитет диктует предприятиям объемы производства угля и цены, по которым уголь продается на российском рынке. К началу войны в России был искусственно организован «угольный голод» и повышены цены на уголь.
вот справка из книги М. Галицкого «Иностранные капиталы в русской промышленности перед войной» (М., 1922): «Добыча угля в 1912 г. на рудниках 36 акционерных обществ Донбасса составляла 806,78 млн. пудов. 25 АО имели почти исключительно иностранный капитал, они добывали 95,4% угля от добычи АО. Правления 19 АО из этих 25 находились в Бельгии и Франции. В руках иностранных обществ было свыше 70% общей добычи угля в Донбассе... Около 90% добычи платины в России находится в руках иностранных компаний... Помимо концентрации свыше 3/4 торговли нефтью в России, иностранные финансовые синдикаты располагали в 1914 г. собственной добычей нефти в размере около 60% общеимперской добычи» и т.д. по всем отраслям.
С этим положением царское правительство справиться не смогло. В России при активном участии западного капитала, теневых предпринимателей и коррумпированных чиновников формировалась специфическая экономика периферийного капитализма. Но известно, что когда западный капитализм вторгается в иную культуру и превращает ее в свою периферию, происходит резкий разрыв между хозяйственной и социальной структурой общества — и ни о каком здоровом национальном развитии при этом не может быть и речи.
В.В. Крылов пишет: «В экономической сфере традиционные уклады развивающихся стран исчезают так же, как это было и в Европе XIX века, но в сфере социальной происходит нечто иное. Разоряемые трудящиеся не вбираются во всей своей массе в современные сектора, но продолжают существовать рядом с ними теперь уже в виде все возрастающего сектора бедности, незанятости, пауперизма, социального распада. И это нечто более грозное, нежели обычная резервная армия безработных в бывших метрополиях.
В перспективе капиталистический путь развития должен привести развивающиеся страны не к такому состоянию, когда капиталистические порядки, вытеснив прочие уклады, покроют собою все общество в целом, как это случилось в прошлом в нынешних эпицентрах капитала, но к такому, когда могучий по доле в национальной экономике, но незначительный по охвату населения капиталистический уклад окажется окруженным морем пауперизма, незанятости, бедности.
Такого взаимодействия капиталистического уклада с докапиталистическими и таких его результатов европейская история в прошлом не знала. Это специфический продукт капиталоемкого, позднего, перезрелого капитализма» [13, с. 144].
Именно такой капитализм развивался в России. ...
...Достоверная информация о жизни крестьян доходила от военных. Они забили тревогу, что наступление капитализма привело к резкому ухудшению питания призывников в армию из крестьян. Генерал А.Д. Нечволодов (разведка) приводит данные из статьи академика И.Р. Тарханова «Нужды народного питания» в «Литературном медицинском журнале» (март 1906), согласно которым русские крестьяне в среднем на душу населения потребляли продовольствия на 20,44 руб. в год, а английские – на 101,25 руб.
...Промышленность, которая находилась под контролем западного капитала, не стала двигателем всего народного хозяйства, не вступила в кооперативное взаимодействие с крестьянством. Прежде всего, она не дала селу средства, которые позволили бы интенсифицировать хозяйство и повысить его продуктивность (машины и минеральные удобрения). С другой стороны, она не предоставила крестьянству рабочих мест, чтобы разрешить проблему аграрного перенаселения, которое все сильнее определяло положение в европейской части России.
Для нас важно, что система промышленности периферийного капитализма принципиально отличалась от той промышленности ХIХ века, парадигмой которой была классическая политэкономия – от А. Смита и до «Капитала» Маркса. Учебники политэкономии и постулаты истмата и трудов Маркса были неадекватны структуре народного хозяйства России.
Возможность русской общины встроиться в индустриальную цивилизацию еще до народников предвидели славянофилы. ... Еще более определенно высказывался Д.И. Менделеев, размышляя о выборе для России такого пути индустриализации, при котором она не попала бы в зависимость от Запада: «В общинном и артельном началах, свойственных нашему народу, я вижу зародыши возможности правильного решения в будущем многих из тех задач, которые предстоят на пути при развитии промышленности и должны затруднять те страны, в которых индивидуализму отдано окончательное предпочтение». [19, с. 169, 343–344].
В этой структуре и произошла частично индустриализация Российской империи и полностью – советская.


linkReply