Darkhon (darkhon) wrote,
Darkhon
darkhon

Жизненные заметки

http://asriyan.livejournal.com/93480.html

Кстати, о советских экономиках…

Одним из самых интересных случаев была Чечня. Собственно, говорить о чеченской экономической идеологии, о “хозяйственной этике” было затруднительно даже в советские годы – люди вступали с окружающим миром в отношения, которые могли быть определены исключительно, как “охота и собирательство”. Особую пикантность придавало то обстоятельство, что в качестве “дикого леса” выступала не столько природа (слишком бедная), сколько плоды труда остальных людей, не членов “охотничьего коллектива”, в частности – русских, завезенных после депортации чеченцев в сорок четвертом, и успевшим там много чего понастроить. Были, разумеется, и “охотничьи экспедиции” на территорию сопредельной Кубани – как и в предыдущем веке – но это предмет отдельного разговора. И было совершенно очевидно, что стоит власти чуть пошатнуться – и в Чечне придется снова воевать… Просто из-за той же «хозяйственной этики», просто потому, что и два века спустя каждый конкретный Муса, врезавший свой персональный краник в проходящей рядом нефтяной трубе, по-прежнему абсолютно убежден, что любая попытка восстановить статус-кво есть акт бандитизма и покушения на его собственность. Собственность, образовавшуюся в результате приложения его личного труда (врезал краник) к дикой природе (труба, идущая ниоткуда, во всяком случае, из-за горизонта, и уходящая опять же в никуда, никак не может считаться домашней).

Кстати, последний газовый скандал с Украиной наглядно продемонстрировал, что деградировать до того же уровня охотников и собирателей можно с любого уровня, а уж с уровня кучмовского позднего средневековья – так и просто с полпинка. Что поделаешь – дармовых революций не бывает…

Для чеченской “хозяйственной модели” очень характерна история Грозненского нефтеперерабатывающего комбината и деда Семена. Завод стоял давно, перестраивался неоднократно и все как-то не вовремя. Раз перестроили – тут как раз революция, кто помнил, что, где и как строилось – перерезаны либо сбежали, чертежи и прочие бумаги, как водится, пропали. Два перестроили – как раз тридцатые годы, кто в курсе – перестреляны, а тут война – бумаги опять пропали. Три перестроили – чеченцы из Казахстана возвращаются, русские специалисты потихоньку уезжать начали... Бумаг, правда с собой не увозили, так ведь в них еще разбираться надо... В общем, к началу восьмидесятых сложилась такая замечательная ситуация, что, если случалась на заводе авария – в смысле, в ту трубу, в которую дОлжно, нефть по прежнему втекает, а из той, из которой должно вытекать, ничего почему-то вытекать не хочет, и где именно в дремучих трубопроводных джунглях что случилось – озеро ли нефтяное где образовывается – случайной искры дожидаться, или же наоборот – давление в закупоренных трубах растет и в любой момент рвануть может – никому не ведомо… Если значит, возникала такого рода нештатная ситуация – а возникала она не так, чтобы очень редко – выход у заводской администрации был один: идти на поклон к деду Семену. Дед, проработавший на заводе всю жизнь, был давно на пенсии, но на просьбу помочь отзывался охотно, поскольку, по давно заведенному ритуалу, выставляли ему две бутылки водки, одну из которых дед выкушивал до того, как нырнуть в многоколенчатые джунгли, а вторую – несколько часов спустя, из таинственных джунглей вынырнув и небрежно сообщив, что теперь все в порядке. Начальство же ночами безысходно тосковало в подушку на предмет неизбежности полного и безоговорочного гайдара всему производству к тому недалекому времени, когда дед кони двинет, поскольку обзаводится учениками престарелый сталкер отказывался категорически, резонно полагая, что нечего конкурентов на дармовую водку плодить...

С тех пор, натыкаясь в газетах на рассуждения об очередном – пятом, что ли, по счету – восстановлении нефтеперегонного завода, долженствующего, по совместительству, выполнять функции гаранта вечного мира и стабильности в регионе, я все думаю – а озаботились ли знатные миротворцы и прочие мальчики из комсомольских райкомов, обернувшиеся, по щучьему велению, надцать лет назад нефтяными магнатами, главным для громадья их планов вопросом – жив ли еще дед Семен, и двадцать лет назад бывший далеко уже не мальчиком, и у каких родственников, в каком конце России его искать – уж если жив, значит вовремя успел свалить из Грозного…
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments