June 4th, 2009

Жан Сагадеев R.I.P.

http://www.vz.ru/news/2009/6/4/293772.html

Как сообщил источник «Интерфакса» в правоохранительных органах, около 01:00 мск Сагадеева обнаружила повешенным в его квартире на улице Ремезова жена музыканта. «Сагадеев свел счеты с жизнью, удавившись на телефонном проводе, прикрепленном к ручке входной двери в прихожей», - рассказал источник.

Ну на хрена?!



Психология обывателя

Вчера писал про тех, кто сами, зная о трудных рожах, поехали подальше от цивилизации, и во всем оказались виноваты врачи.
Вот наглядная иллюстрация такого мышления:

По поводу упавшего аэробуса.
У супруги на работе готовилась сделка по аренде недвижимости для иностранца. При сделке должны были присктствовать жена и дочь этого самого иностранца, их попросили прилететь из Бразилии пораньше, для сделки. Но мужик сказал, что им еще надо пару дней отдохнуть, ничего не дал менять - в итоге семейство разбилось спустя 2 дня в злополучном самолете. Теперь дядька звонит и истерит, что его должны были убедить вызвать родных пораньше, тогда бы все было в порядке..

Стать как другие

Камрад glebotr навел на мысль.
Банальщина, но все же.

Как верно замечено, у Крылова попадается «надо стать таким же, как враг, и тогда победим», та же сентенция попадается и у Севастьянова.
В этом планне надо понимать (как и во всем и всегда) суть.

1. Всеразличные интеллигенты и кондово-народники (характерно, что сходятся — лишь бы против [развития] русской нации) вопиют «нельзя уподобляться, ибо этим мы станем наравне с». Мол, низзя! Если русских кто-либо убивает только за то, что они русские, то тех, кто это делает, надо цивилизованно судить по одиночке, а не применять тот же подход.
Этот подход не верен, т.к. дикарь, вооруженный высокотехнологичным оружием, имеет преимущество перед теми, кто это оружие создавал. Просто потому, что у него нет ни рефлексий цивилизованного человека, ни мыслей о том, «что дальше» — все сиюминутно.

2.Всяческие интеллигенты, относящие себя к националистам, воспринимают (как всё воспринимают все интеллигенты) фрагментарно, без понимания системы, и при этом деструктивно.
Если русские перенимут что-либо от лругих и встроят в свою систему мировоззрения — это в лучшем случае будет «в телеге пятое колесо», а если это нечто будет не просто приделываться как дополнение, а замещать русское-системное, то система без элемента распадется.

3.Ergo — нельзя не уподобляться, иначе вымрем, и нельзя уподобляться, иначе погибнем.
А что делать?
Да очень просто — требуется отношение, не менее эффективное, чем у неруси, но при этом иное.
Не копировать, а отвечать ассиметрично.
К примеру, пусть некоторая нация ненавидит русских, действует против русских и так далее.
Ненавидеть в ответ — неэффективно (копирование парадигмы, не свойственной русским).
А эффективно отвечать в иной парадигме — скажем, отношение просто как к тараканам, которые появились на кухне. Когда вы их бьете тапком или травите, вы же их не ненавидите?
Или — что реально для соотв. психологии — перевод восприятия с «эти нехорошие» (а то еще перевоспитать некоторые захотят или искать «хороших» в массе «плохих») на «они захватывают нашу русскую землю», и тут уже критерий четок: нет никакой ненависти, но если приехал на русскую землю и ведегшь себя не как в гостях, то ---. А «хорошие» — те, кто не приехал, а у себя на родине работает.

Прим.: Тут еще показателен как иллюстрация подход интернациональных расистов, которые стенают о том, что-де идеален колонизаторский подход.

Патриарх против России

Свежее, от 3 июня.

http://patriarhia.ru/db/text/665838.html

Некоторые недоумевают: «Почему же такой страшной и кровопролитной была последняя война? Почему так много народа погибло? Откуда то ни с чем не сравнимое страдание людей?» Но если мы и на эту военную катастрофу посмотрим тем взором, которым взирали на прошлое и настоящее наши благочестивые предки, то разве сможем удержаться от совершенно ясного свидетельства, что сие было наказание за грех, за страшный грех богоотступничества всего народа, за попрание святынь, за кощунство и издевательство над Церковью, над святынями, над верой. Разве могло быть пройдено с легкостью, без суда такое страшное явление в жизни народной, как уничтожение верующей части общества, уничтожение Церкви, обречение людей на страдания, мученичество и исповедничество? Но если бы вместо страшного наказания последовало материальное процветание и победа идеологии, то невольно каждый здравомыслящий верующий человек спросил бы: «А где же суд Божий, неужели только в вечности? Неужели Он не простирает Своей длани над историей?»